Иной среди Иных

Стоит ли вам читать книгу Иной среди Иных?

Рейтинг книги Иной среди Иных на Имхонете: 6.3 из 10 по оценке 37 пользователей, написавших 5 отзывов

Описание книги «Иной среди Иных»

Книга Иной среди Иных

Повесть «Иной среди Иных» была написана в 2003 году. По сюжету данная книга примыкает к известной серии произведений «Дозоры» Сергея Лукьяненко.

Главный герой повести «Иной среди Иных» преподаватель московской православной гимназии Дмитрий Осокин, который также является глубоко верующим человеком. В последнее время в жизни Дмитрия начинают происходить самые настоящие чудеса. Какие-то странные и незнакомые люди говорят, что он обладает чудесной силой. Но кто это на самом деле: люди или бесы-искусители? Что будет, если воспользоваться этой силой?

Книги, похожие на Иной среди Иных

Отзывы к книге «Иной среди Иных» (5)

Отправить
Отзыв, возможно, содержит нецензурную лексику. Развернуть
Как это ни странно, но очень ИМХО вписывается в мир Дозоров. Но по-другому. Я бы назвал это мостом - от мира фентези к мистике, то есть к реальности. Читать!
Как это ни странно, но очень ИМХО вписывается в мир Дозоров. Но по-другому. Я бы назвал это мостом - от мира фентези к мистике, то есть к реальности. Читать!
17 июня 2012 Поделиться
Как это ни странно, но очень ИМХО вписывается в мир Дозоров. Но по-другому. Я бы назвал это мостом - от мира фентези к мистике, то есть к реальности. Читать!
Прочитав «Иного среди иных», я поняла, что тема Дозоров исчерпала себя. Мир выпит до донца, больше ничего из идеи не выжмешь, симптомы конца – как раз такие фанфики как «Лик Черной Пальмиры» и «Иной среди иных», по сути своей – попытки использовать созданный Лукьяненко мир для обоснования и проповеди воззрений, ничего общего с изначальной идеей «Дозоров» не имеющих. Что объединяет «Лик Ч... Читать полностью
Прочитав «Иного среди иных», я поняла, что тема Дозоров исчерпала себя. Мир выпит до донца, больше ничего из идеи не выжмешь, симптомы конца – как раз такие фанфики как «Лик Черной Пальмиры» и «Иной среди иных», по сути своей – попытки использовать созданный Лукьяненко мир для обоснования и проповеди воззрений, ничего общего с изначальной идеей «Дозоров» не имеющих. Что объединяет «Лик Черной Пальмиры» с «Иным среди Иных»? Это мое сугубо субъективное впечатление, но при всей противоположности позиций Васильева и Каплана, подход к миру Дозоров у них примерно одинаков. Разница только в сюжете: Васильев изобразил смехотворное противостояние гламурно-обаятельных и законопослушных "тёмных" с одной стороны, и отвратительных беспредельщиков «чёрных» с другой. Тогда как у Каплана все «Иные» одним мирром мазаны, вернее, не мазаны, потому что церковное учение осуждает магию, а значит, все они – что тёмные, что светлые – от лукавого, и вот мир «Дозоров» используется для того, чтобы эту «светлую мысль» обосновать. Очень не повезло главному герою повести, православному учителю математики Дмитрию – он оказался латентным Иным. Что категорически несовместимо с его верой. И в один прекрасный день явился к нему Антон Городецкий инициировать, сделать его воином Света, да не тут-то было… Не хочется сплошь иронизировать, да и имеет в конце концов, любой автор право использовать любую фантастическую идею для обоснования своих взглядов, половина моих любимых писателей занималась практически тем же … Но ведь не до такой же степени! Поскольку цель автора заключается не в том, чтобы развить мир Дозоров, а в том, чтобы проиллюстрировать идею «всякие сверхспособности – от лукавого», Виталий Каплан страница за страницей честно воспроизводит доводы против этой точки зрения, и не менее честно – типичную реакцию на такие доводы, вместе с эмоциональным фоном; некоторые эпизоды откровенно забавны, например, самый первый разговор Антона Городецкого с Дмитрием, содержание которого примерно таково: "Вы – иной!" - "Да воскреснет Бог и расточатся врази его!" - "Э, гражданин, только давайте без истерик."Но в основном все безапелляционно, и неприязненно. Не хочу сказать, что в книге мне вообще ничего не понравилось, или что она полностью исчерпывается жанром антиоккультной агитки. Не исчерпывается. И кое-что - понравилось. Во-первых, у автора очень неплохое чувство юмора. Такое впечатление, что он время от времени иронизирует над своим упертым персонажем, хотя, безусловно, разделяет его точку зрения на всех и всяческих «Иных». Из области серьезного – понравились как раз те сцены, в которых главный герой забывает о том, что он должен думать «как положено», и спасает детей, пользуясь своими способностями Иного. И в эти минуты его необычная, непонятная ему самому сила не кажется ему противоречащей христианской вере - сила и вера сливаются воедино. Такова, например, самая первая сцена его столкновения с тёмными, в которой Дмитрий останавливает оборотня. Таков самый сильный эпизод повести, где он спасает своего умирающего сына, когда Дмитрий, перестав, наконец, повторять заученные фразы о бесовщине, сказал Богу: «Господи,ну ты же Сам всё видишь. Я верю Тебе и люблю Тебя. Но Сашку я тоже люблю. И я сделаю это. А потом суди меня как знаешь», - и вошел в Сумрак, ещё не зная, как и что ему делать, ведь он до сих пор только с нечистью сражался, а исцелять не умел – и вдруг он почувствовал, что не один здесь, и всё, чего он не умел, получилось как будто само собой... Гесер потом объяснил, что Дмитрию удался «Луч Любви» - сложное заклинание, доступное немногим, и уже на очень высоком уровне силы. Вот именно такие эпизоды – живые, сильные, - и наводят на мысль, что не так уж безапелляционно автор уверен в своей правоте, и, возможно, он чувствует, что не всё так однозначно с людьми, одаренными "сверхспособностями"… Книга ведь по сути совсем не о сказочных лукьяненковских «Иных», а о тех, кто в нашем обычном мире вдруг открывает в себе нечто необычное, не укладывающееся в рамки привычных представлений… Но вот если взять повесть целиком – впечатление остается тоскливое. Мне не нравятся книги, столь топорно заточенные под идеологему, и почему-то они редко получаются удачными. Если учесть, что, несмотря на наличие нескольких живых, цепляющих эпизодов, полкниги занимают препирательства с Городецким энд Ко и душевные терзания Дмитрия на тему совместимости бытия «Иного» с православной верой – ничего удивительного… И ещё жаль, что после «Сумеречного Дозора» ничего интересного к миру Иных добавлено не было. И уже не будет.
19 августа 2012 Поделиться
Прочитав «Иного среди иных», я поняла, что тема Дозоров исчерпала себя. Мир выпит до донца, больше ничего из идеи не выжмешь, симптомы конца – как раз такие фанфики как «Лик Черной Пальмиры» и «Иной среди иных», по сути своей – попытки использовать созданный Лукьяненко мир для обоснования и проповеди воззрений, ничего общего с изначальной идеей «Дозоров» не имеющих. Что объединяет «Лик Черной Пальмиры» с «Иным среди Иных»? Это мое сугубо субъективное впечатление, но при всей противоположности позиций Васильева и Каплана, подход к миру Дозоров у них примерно одинаков. Разница только в сюжете: Васильев изобразил смехотворное противостояние гламурно-обаятельных и законопослушных "тёмных" с одной стороны, и отвратительных беспредельщиков «чёрных» с другой. Тогда как у Каплана все «Иные» одним мирром мазаны, вернее, не мазаны, потому что церковное учение осуждает магию, а значит, все они – что тёмные, что светлые – от лукавого, и вот мир «Дозоров» используется для того, чтобы эту «светлую мысль» обосновать. Очень не повезло главному герою повести, православному учителю математики Дмитрию – он оказался латентным Иным. Что категорически несовместимо с его верой. И в один прекрасный день явился к нему Антон Городецкий инициировать, сделать его воином Света, да не тут-то было… Не хочется сплошь иронизировать, да и имеет в конце концов, любой автор право использовать любую фантастическую идею для обоснования своих взглядов, половина моих любимых писателей занималась практически тем же … Но ведь не до такой же степени! Поскольку цель автора заключается не в том, чтобы развить мир Дозоров, а в том, чтобы проиллюстрировать идею «всякие сверхспособности – от лукавого», Виталий Каплан страница за страницей честно воспроизводит доводы против этой точки зрения, и не менее честно – типичную реакцию на такие доводы, вместе с эмоциональным фоном; некоторые эпизоды откровенно забавны, например, самый первый разговор Антона Городецкого с Дмитрием, содержание которого примерно таково: "Вы – иной!" - "Да воскреснет Бог и расточатся врази его!" - "Э, гражданин, только давайте без истерик."Но в основном все безапелляционно, и неприязненно. Не хочу сказать, что в книге мне вообще ничего не понравилось, или что она полностью исчерпывается жанром антиоккультной агитки. Не исчерпывается. И кое-что - понравилось. Во-первых, у автора очень неплохое чувство юмора. Такое впечатление, что он время от времени иронизирует над своим упертым персонажем, хотя, безусловно, разделяет его точку зрения на всех и всяческих «Иных». Из области серьезного – понравились как раз те сцены, в которых главный герой забывает о том, что он должен думать «как положено», и спасает детей, пользуясь своими способностями Иного. И в эти минуты его необычная, непонятная ему самому сила не кажется ему противоречащей христианской вере - сила и вера сливаются воедино. Такова, например, самая первая сцена его столкновения с тёмными, в которой Дмитрий останавливает оборотня. Таков самый сильный эпизод повести, где он спасает своего умирающего сына, когда Дмитрий, перестав, наконец, повторять заученные фразы о бесовщине, сказал Богу: «Господи,ну ты же Сам всё видишь. Я верю Тебе и люблю Тебя. Но Сашку я тоже люблю. И я сделаю это. А потом суди меня как знаешь», - и вошел в Сумрак, ещё не зная, как и что ему делать, ведь он до сих пор только с нечистью сражался, а исцелять не умел – и вдруг он почувствовал, что не один здесь, и всё, чего он не умел, получилось как будто само собой... Гесер потом объяснил, что Дмитрию удался «Луч Любви» - сложное заклинание, доступное немногим, и уже на очень высоком уровне силы. Вот именно такие эпизоды – живые, сильные, - и наводят на мысль, что не так уж безапелляционно автор уверен в своей правоте, и, возможно, он чувствует, что не всё так однозначно с людьми, одаренными "сверхспособностями"… Книга ведь по сути совсем не о сказочных лукьяненковских «Иных», а о тех, кто в нашем обычном мире вдруг открывает в себе нечто необычное, не укладывающееся в рамки привычных представлений… Но вот если взять повесть целиком – впечатление остается тоскливое. Мне не нравятся книги, столь топорно заточенные под идеологему, и почему-то они редко получаются удачными. Если учесть, что, несмотря на наличие нескольких живых, цепляющих эпизодов, полкниги занимают препирательства с Городецким энд Ко и душевные терзания Дмитрия на тему совместимости бытия «Иного» с православной верой – ничего удивительного… И ещё жаль, что после «Сумеречного Дозора» ничего интересного к миру Иных добавлено не было. И уже не будет.
Дозоры Лукьяненко мало кого оставили равнодушными. Вот еще один писатель соблазнился миром Иных. От православного фанатизма, шовинизма и прочих -измов главного героя и его други, конечно подташнивает и, как сказал Акунин "Так сразу и тянет лампадным маслицем, крапивным поповским семенем", но по сравнению с тем, как воспользовался Иными Васильев в своем "Лике черной Пальмиры", православны... Читать полностью
Дозоры Лукьяненко мало кого оставили равнодушными. Вот еще один писатель соблазнился миром Иных. От православного фанатизма, шовинизма и прочих -измов главного героя и его други, конечно подташнивает и, как сказал Акунин "Так сразу и тянет лампадным маслицем, крапивным поповским семенем", но по сравнению с тем, как воспользовался Иными Васильев в своем "Лике черной Пальмиры", православный Иной Каплана гораздо лучше выписан, чем пивные алкоголики Васильева.
7 декабря 2009 Поделиться
Дозоры Лукьяненко мало кого оставили равнодушными. Вот еще один писатель соблазнился миром Иных. От православного фанатизма, шовинизма и прочих -измов главного героя и его други, конечно подташнивает и, как сказал Акунин "Так сразу и тянет лампадным маслицем, крапивным поповским семенем", но по сравнению с тем, как воспользовался Иными Васильев в своем "Лике черной Пальмиры", православный Иной Каплана гораздо лучше выписан, чем пивные алкоголики Васильева.
Когда я читала "Дозоры", мне всё время на ум лезли те же мысли, что и главному герою, православному, воцерковлённому , убеждённому в двоякой природе духовных практик, в том, что магия и "чудеса" в анамнезе - от лукавого. Я очень рада, что нашёлся такой автор, достаточно знакомый с сущностью веры и проникшийся современным исканием её в сети соблазнов и сомнений! Эта книга даст пищу для ра... Читать полностью
Когда я читала "Дозоры", мне всё время на ум лезли те же мысли, что и главному герою, православному, воцерковлённому , убеждённому в двоякой природе духовных практик, в том, что магия и "чудеса" в анамнезе - от лукавого. Я очень рада, что нашёлся такой автор, достаточно знакомый с сущностью веры и проникшийся современным исканием её в сети соблазнов и сомнений! Эта книга даст пищу для размышлений и читателям Лукьяненко, и людям, далёким от фантастики, и верующим, и сомневающимся, и атеистам! Автору удалось не назидательно, вполне следуя стилю "Дозоров", сместить акцент показанных паранормальных явлений в сферу духовных и душевных переживаний, более полно раскрыть отношения веры в Бога и веры в чудеса. Честное слово, финал повести не оставит равнодушным ни атеиста, ни православного! Ибо вера каждого не будет затронута))) Успехов автору и его читателям! От всей души рекомендую книгу!
27 июня 2012 Поделиться
Когда я читала "Дозоры", мне всё время на ум лезли те же мысли, что и главному герою, православному, воцерковлённому , убеждённому в двоякой природе духовных практик, в том, что магия и "чудеса" в анамнезе - от лукавого. Я очень рада, что нашёлся такой автор, достаточно знакомый с сущностью веры и проникшийся современным исканием её в сети соблазнов и сомнений! Эта книга даст пищу для размышлений и читателям Лукьяненко, и людям, далёким от фантастики, и верующим, и сомневающимся, и атеистам! Автору удалось не назидательно, вполне следуя стилю "Дозоров", сместить акцент показанных паранормальных явлений в сферу духовных и душевных переживаний, более полно раскрыть отношения веры в Бога и веры в чудеса. Честное слово, финал повести не оставит равнодушным ни атеиста, ни православного! Ибо вера каждого не будет затронута))) Успехов автору и его читателям! От всей души рекомендую книгу!