Собачье сердце

Стоит ли вам читать книгу Собачье сердце?

Рейтинг книги Собачье сердце на Имхонете: 8.4 из 10 по оценке 162911 пользователей, написавших 589 отзывов

Описание книги «Собачье сердце»

Книга Собачье сердце

Кто хотя бы раз не слыхал фамилию Шариков? "Наследственная фамилия", доставшаяся человеческому созданию, рожденному под скальпелем гениального хирурга профессора Преображенского и его ассистента доктора Борменталя - от прародителя, милого пса по кличке Шарик. Но так ли совершенно получилось создание, скомбинированное из собачьего организма и люмпен-пролетариатского мозжечка?

Великолепная социальная сатира Михаила Булгакова "Собачье сердце" не была напечатана при жизни автора, зато впоследствии уверенно вошла в ряды классики русской литературы, получила широчайшее признание и не менее успешную экранизацию – фильм «Собачье сердце» знаменитого отечественного режиссера Владимира Бортко.

Книги, похожие на Собачье сердце

Отзывы к книге «Собачье сердце» (589)

Отправить
Отзыв, возможно, содержит нецензурную лексику. Развернуть
Полагаю, книгу стоит поставить на полку с грифом "обязательно к прочтению". Автор заслуживает груды благодарностей за образ Швондера. Они до сих пор страной правят
Полагаю, книгу стоит поставить на полку с грифом "обязательно к прочтению". Автор заслуживает груды благодарностей за образ Швондера. Они до сих пор страной правят
1 декабря 2008 Поделиться
Полагаю, книгу стоит поставить на полку с грифом "обязательно к прочтению". Автор заслуживает груды благодарностей за образ Швондера. Они до сих пор страной правят
  • и никак их из власти не выкуришь(((
    7 мая 2010
Написанная в 1925-м, в нашей стране впервые издана в 1987-м! Столько лет была неугодна (а может - опасна?). А для меня - одна из любимейших книг! Каждый раз читаю со смакованием! Сюжет - динамичен и интересен. Герои - полны харизмы. Но самых главных изюминки две: - великолепный, образный язык Булгакова, где одной фразой, а порой и одним словом передаются тончайшие оттенки проиходящего; ... Читать полностью
Написанная в 1925-м, в нашей стране впервые издана в 1987-м! Столько лет была неугодна (а может - опасна?). А для меня - одна из любимейших книг! Каждый раз читаю со смакованием! Сюжет - динамичен и интересен. Герои - полны харизмы. Но самых главных изюминки две: - великолепный, образный язык Булгакова, где одной фразой, а порой и одним словом передаются тончайшие оттенки проиходящего; - краткий, но очень емкий трактат о нашей жизни из уст профессора Преображенского. С тем, кто его осмыслит и примет, можно идти в разведку. Жаль, что повесть актуальна и по сей день. От первого до последнего словечка. Наверное, маловато людей от нее в восторге, иначе было бы больше шансов считать ее устаревшей.
21 октября 2010 Поделиться
Написанная в 1925-м, в нашей стране впервые издана в 1987-м! Столько лет была неугодна (а может - опасна?). А для меня - одна из любимейших книг! Каждый раз читаю со смакованием! Сюжет - динамичен и интересен. Герои - полны харизмы. Но самых главных изюминки две: - великолепный, образный язык Булгакова, где одной фразой, а порой и одним словом передаются тончайшие оттенки проиходящего; - краткий, но очень емкий трактат о нашей жизни из уст профессора Преображенского. С тем, кто его осмыслит и примет, можно идти в разведку. Жаль, что повесть актуальна и по сей день. От первого до последнего словечка. Наверное, маловато людей от нее в восторге, иначе было бы больше шансов считать ее устаревшей.
Гениально!!! Это мое самое любимое произведение у Булгакова, если вдруг, еще есть люди, не знакомые с его творчеством, то наверное, эта та самая вещь - что бы полюбить Булгакова и захотеть его прочитать всего. Действие книги происходит после революции, гениальный врач-хирург подбирает на улице бездомную собаку для опытов. И после сложной, уникальной операции происходит чудо, собака посте... Читать полностью
Гениально!!! Это мое самое любимое произведение у Булгакова, если вдруг, еще есть люди, не знакомые с его творчеством, то наверное, эта та самая вещь - что бы полюбить Булгакова и захотеть его прочитать всего. Действие книги происходит после революции, гениальный врач-хирург подбирает на улице бездомную собаку для опытов. И после сложной, уникальной операции происходит чудо, собака постепенно превращается в человека, а жизнь доктора и его домочадчев в сущий ад. Книга читается на одном дыхании, потрясающее чувство юмора, захватывающий сюжет, многие фразы из этой книги разошлись на цитаты.
21 ноября 2008 Поделиться
Гениально!!! Это мое самое любимое произведение у Булгакова, если вдруг, еще есть люди, не знакомые с его творчеством, то наверное, эта та самая вещь - что бы полюбить Булгакова и захотеть его прочитать всего. Действие книги происходит после революции, гениальный врач-хирург подбирает на улице бездомную собаку для опытов. И после сложной, уникальной операции происходит чудо, собака постепенно превращается в человека, а жизнь доктора и его домочадчев в сущий ад. Книга читается на одном дыхании, потрясающее чувство юмора, захватывающий сюжет, многие фразы из этой книги разошлись на цитаты.
Эх, не был я «продвинутым самиздатчиком», не читал я «Собачье сердце» в машинописи, в четвёрткой копии, в ксероксе или в виде дампа на АЦПУ. А прочитал я её только в журнальной версии в 1987 году, при первой легальной публикации в Стране Советов. В то время ещё сидели по лагерям «подрывные элементы», которых осудили за хранение этой «антисоветской агитации» — их письма публиковали и «де... Читать полностью
Эх, не был я «продвинутым самиздатчиком», не читал я «Собачье сердце» в машинописи, в четвёрткой копии, в ксероксе или в виде дампа на АЦПУ. А прочитал я её только в журнальной версии в 1987 году, при первой легальной публикации в Стране Советов. В то время ещё сидели по лагерям «подрывные элементы», которых осудили за хранение этой «антисоветской агитации» — их письма публиковали и «демократические» журналы, и «почвеннические», потому что Булгакова хотели подтащить к себе и те, и другие. Одни тыкали пальцев в Шарикова, видя в нём главную цель авторской сатиры, другие — в Преображенского, видя в нём то же самое. И совсем мало было таких, которые говорили: «опомнитесь, да они оба «хороши», каждый по-своему...» Шариков — конечно, хорош. Но если он — явная карикатура, хотя бы и писанная с натуры (в дневниках М.А. есть несколько заметок, по которым хорошо видно, из каких событий Полиграф Полиграфыч сложился), то с профессором Преображенским всё значительно сложней. Для карикатуры он слишком приятен (более чем возможное у тогдашнего пролетарского читателя «классовое чувство» мы проигнорируем — за неактуальностью), хотя от «положительности», очевидно, далёк. Хотя бы потому, что он тут отлично пристроен... Булгаков наверняка Преображенскому сочувствовал — это заметно. Профессор, как и сам Булгаков, помимо своей воли «вляпался» в советскую реальность, к которой принадлежать, по большому счёту, не хотел бы, и пытается жить в ней так, как будто для него ничего в мире не изменилось. Он подчёркнуто удерживает в квартире старые порядки, хотя за её пределами всё давно уже решительно не так. Квартира Преображенского — бастион анахроизма, удержать который ему удаётся до поры до времени только с помощью наслоения одних компромиссов на другие (как бумажки от советских органов, которые защищают его «бытовой пузырь» от посягательств других советских органов). Но каждый компромисс истончает стенки «пузыря», и для наблюдателя (он же читатель) нет никаких сомнений, что не за горами уже печальный день, месяц, год, когда у профессора отберут сначала «броню», потом комнату, вторую, потом прислугу, потом придётся ужинать в спальне, потом выгонять из операционной (бывшей смотровой) соседей по образовавшейся коммуналке, которые придут жаловаться на запах хлорки и очереди больных в общем коридоре... Всё это достойно сочувствия, конечно, но гораздо важнее, что Профессор отказывается такое своё будущее видеть. Он упрямо отрицает очевидное — в том числе очевидное и для автора. Булгаков, похоже, такого поведения своего персонажа тоже не понимает. В его отношении к Преображенскому постоянно проскальзывает горькая ирония: что вы, батенька, — светило, а таких простых вещей не сознаете? Что ж вы всё грозитесь уехать, хотя ясно ведь, что не уедете, потому что привыки уже к этому хамству, бюрократии, классовому чванству, Чугункиным, а что важнее — привыкли чувствовать своё превосходство над ними, убогими, привыкли бравировать тем, что «не любите пролетариат», привыкли пугать Швондеров до потери штампа «Уплочено» демонстративными телефонными звонками «наверх», привыкли за приличную мзду выполнять аборты малолетним любовницам крупных совслужащих... Вы приспособленец, батенька, почти как они. Вы здесь прилипли. И как бы Булгаков вам ни сочувствовал, Филипп Филиппович, вы, к сожалению, обречены. Точно так же, как и Шариков. Хотя и по совершенно другим причинам.
1 февраля 2012 Поделиться
Эх, не был я «продвинутым самиздатчиком», не читал я «Собачье сердце» в машинописи, в четвёрткой копии, в ксероксе или в виде дампа на АЦПУ. А прочитал я её только в журнальной версии в 1987 году, при первой легальной публикации в Стране Советов. В то время ещё сидели по лагерям «подрывные элементы», которых осудили за хранение этой «антисоветской агитации» — их письма публиковали и «демократические» журналы, и «почвеннические», потому что Булгакова хотели подтащить к себе и те, и другие. Одни тыкали пальцев в Шарикова, видя в нём главную цель авторской сатиры, другие — в Преображенского, видя в нём то же самое. И совсем мало было таких, которые говорили: «опомнитесь, да они оба «хороши», каждый по-своему...» Шариков — конечно, хорош. Но если он — явная карикатура, хотя бы и писанная с натуры (в дневниках М.А. есть несколько заметок, по которым хорошо видно, из каких событий Полиграф Полиграфыч сложился), то с профессором Преображенским всё значительно сложней. Для карикатуры он слишком приятен (более чем возможное у тогдашнего пролетарского читателя «классовое чувство» мы проигнорируем — за неактуальностью), хотя от «положительности», очевидно, далёк. Хотя бы потому, что он тут отлично пристроен... Булгаков наверняка Преображенскому сочувствовал — это заметно. Профессор, как и сам Булгаков, помимо своей воли «вляпался» в советскую реальность, к которой принадлежать, по большому счёту, не хотел бы, и пытается жить в ней так, как будто для него ничего в мире не изменилось. Он подчёркнуто удерживает в квартире старые порядки, хотя за её пределами всё давно уже решительно не так. Квартира Преображенского — бастион анахроизма, удержать который ему удаётся до поры до времени только с помощью наслоения одних компромиссов на другие (как бумажки от советских органов, которые защищают его «бытовой пузырь» от посягательств других советских органов). Но каждый компромисс истончает стенки «пузыря», и для наблюдателя (он же читатель) нет никаких сомнений, что не за горами уже печальный день, месяц, год, когда у профессора отберут сначала «броню», потом комнату, вторую, потом прислугу, потом придётся ужинать в спальне, потом выгонять из операционной (бывшей смотровой) соседей по образовавшейся коммуналке, которые придут жаловаться на запах хлорки и очереди больных в общем коридоре... Всё это достойно сочувствия, конечно, но гораздо важнее, что Профессор отказывается такое своё будущее видеть. Он упрямо отрицает очевидное — в том числе очевидное и для автора. Булгаков, похоже, такого поведения своего персонажа тоже не понимает. В его отношении к Преображенскому постоянно проскальзывает горькая ирония: что вы, батенька, — светило, а таких простых вещей не сознаете? Что ж вы всё грозитесь уехать, хотя ясно ведь, что не уедете, потому что привыки уже к этому хамству, бюрократии, классовому чванству, Чугункиным, а что важнее — привыкли чувствовать своё превосходство над ними, убогими, привыкли бравировать тем, что «не любите пролетариат», привыкли пугать Швондеров до потери штампа «Уплочено» демонстративными телефонными звонками «наверх», привыкли за приличную мзду выполнять аборты малолетним любовницам крупных совслужащих... Вы приспособленец, батенька, почти как они. Вы здесь прилипли. И как бы Булгаков вам ни сочувствовал, Филипп Филиппович, вы, к сожалению, обречены. Точно так же, как и Шариков. Хотя и по совершенно другим причинам.
  • Старенький он, профессор. Сам он - нигде уже не устроится. Разве ученики где пристроят - лекции читать, консультировать. В Совке, его могли бы спасти от той же совсем уж нищей совковой старости те же консультации. Но тут - он никому бы не был обязан, клиентура - своя, сложившаяся. Хотя опция на конец в лагерях - тоже имеется, да. Мой дед (покойный), его коллега - рванул в таком возрасте за бугор. И... вернулся, натурально. Грустная история, хорошо - не трагичная, уж больно связи сильны были.
    1 февраля 2012
  • "вы, к сожалению, обречены.", "Точно так же, как и Шариков" Швондер, собственно, тоже обречен. Вообще-то, каждый из нас обречен, но мало кто готов жить с осознанием такой простой вещи.
    9 февраля 2012 Все комментарии (2)
Перечитывая в очередной раз книгу, в очередной раз глубоко поражен глубиной мысли, тонкостью сарказма и точностью передачи того что происходило в стране... Поражаюсь и преклоняюсь перед смелостью автора, написать такое в эпоху становления тоталитарного государства это подвиг(как не пафосно это звучит). Гениальность произведения еще и в том, что даже сейчас оглядываясь вокруг постаянно... Читать полностью
Перечитывая в очередной раз книгу, в очередной раз глубоко поражен глубиной мысли, тонкостью сарказма и точностью передачи того что происходило в стране... Поражаюсь и преклоняюсь перед смелостью автора, написать такое в эпоху становления тоталитарного государства это подвиг(как не пафосно это звучит). Гениальность произведения еще и в том, что даже сейчас оглядываясь вокруг постаянно натыкаешься на примеры которые очень напоминают Булгаковских героев... и как часто натыкаешься на разруху которая прежде всего в головах...
4 августа 2009 Поделиться
Перечитывая в очередной раз книгу, в очередной раз глубоко поражен глубиной мысли, тонкостью сарказма и точностью передачи того что происходило в стране... Поражаюсь и преклоняюсь перед смелостью автора, написать такое в эпоху становления тоталитарного государства это подвиг(как не пафосно это звучит). Гениальность произведения еще и в том, что даже сейчас оглядываясь вокруг постаянно натыкаешься на примеры которые очень напоминают Булгаковских героев... и как часто натыкаешься на разруху которая прежде всего в головах...
Мне кажется, что рискованный хирургический эксперимент - это прототип эксперимента, осуществляемого новой властью(большевиками) над людьми, над их умами. Таким людям будет легче совершить жестокий, циничный поступок. Булгаков говорил, что лишь долгий и трудный путь просвещения народа может привести к настоящему улучшению жизни страны. Автор как бы представил читателю маленькую копию, ин... Читать полностью
Мне кажется, что рискованный хирургический эксперимент - это прототип эксперимента, осуществляемого новой властью(большевиками) над людьми, над их умами. Таким людям будет легче совершить жестокий, циничный поступок. Булгаков говорил, что лишь долгий и трудный путь просвещения народа может привести к настоящему улучшению жизни страны. Автор как бы представил читателю маленькую копию, инсценировку событий, происходящих в России. Но вот только эта история заканчивается хорошо, и Шарик обретает своего хозяина...
29 июля 2009 Поделиться
Мне кажется, что рискованный хирургический эксперимент - это прототип эксперимента, осуществляемого новой властью(большевиками) над людьми, над их умами. Таким людям будет легче совершить жестокий, циничный поступок. Булгаков говорил, что лишь долгий и трудный путь просвещения народа может привести к настоящему улучшению жизни страны. Автор как бы представил читателю маленькую копию, инсценировку событий, происходящих в России. Но вот только эта история заканчивается хорошо, и Шарик обретает своего хозяина...
Это, конечно, классика и все такое, но.... По сравнению с "Мастером и Маргаритой" это скучно. У меня после прочтения было только ощущение бесполезности. Ну, сделал из собаки что-то вроде человека, а потом назад в собаку переделал.... Зачем? чтобы убедиться, что человек - это не только сердце, мозги и кое-какие другие органы, но и что-то большее? Душа например?... Возможно. Но у меня все ... Читать полностью
Это, конечно, классика и все такое, но.... По сравнению с "Мастером и Маргаритой" это скучно. У меня после прочтения было только ощущение бесполезности. Ну, сделал из собаки что-то вроде человека, а потом назад в собаку переделал.... Зачем? чтобы убедиться, что человек - это не только сердце, мозги и кое-какие другие органы, но и что-то большее? Душа например?... Возможно. Но у меня все равно какой-то нехороший осадок остался, словно не оправдались ожидания в отношении того, кому безраздельно верил... Просто ждала от книги большего.
5 марта 2009 Поделиться
Это, конечно, классика и все такое, но.... По сравнению с "Мастером и Маргаритой" это скучно. У меня после прочтения было только ощущение бесполезности. Ну, сделал из собаки что-то вроде человека, а потом назад в собаку переделал.... Зачем? чтобы убедиться, что человек - это не только сердце, мозги и кое-какие другие органы, но и что-то большее? Душа например?... Возможно. Но у меня все равно какой-то нехороший осадок остался, словно не оправдались ожидания в отношении того, кому безраздельно верил... Просто ждала от книги большего.
  • согласен...
    21 декабря 2010
20-е годы 20-го века... Необыкновенное время. Необыкновенные люди. Необыкновенные книги. И, что самое странное, многие мысли, заложенные в этой книге - актуальны и посейчас.
20-е годы 20-го века... Необыкновенное время. Необыкновенные люди. Необыкновенные книги. И, что самое странное, многие мысли, заложенные в этой книге - актуальны и посейчас.
19 февраля 2007 Поделиться
20-е годы 20-го века... Необыкновенное время. Необыкновенные люди. Необыкновенные книги. И, что самое странное, многие мысли, заложенные в этой книге - актуальны и посейчас.
Многим книга кажется смешной. Меня же она не по-детски напугала. Ведь Шариков - абсолютно бездушное существо (на мой взгляд, похожий в чём-то даже на Жана-Баттиста Гренуя, как бы странно это не звучало). Не видя грани между добром и злом, даже не понимая этих слов, он способен на ужасные поступки, и остановить его может лишь смерть...
Многим книга кажется смешной. Меня же она не по-детски напугала. Ведь Шариков - абсолютно бездушное существо (на мой взгляд, похожий в чём-то даже на Жана-Баттиста Гренуя, как бы странно это не звучало). Не видя грани между добром и злом, даже не понимая этих слов, он способен на ужасные поступки, и остановить его может лишь смерть...
3 апреля 2012 Поделиться
Многим книга кажется смешной. Меня же она не по-детски напугала. Ведь Шариков - абсолютно бездушное существо (на мой взгляд, похожий в чём-то даже на Жана-Баттиста Гренуя, как бы странно это не звучало). Не видя грани между добром и злом, даже не понимая этих слов, он способен на ужасные поступки, и остановить его может лишь смерть...
  • Согласна с Вами. Вместе Гренуем, у меня еще параллели с Фердинандом из "Коллекционера" проводятся.... Такие ассоциации)

    27 мая 2008